1 ноября 1904 года в одну из местных полицейских частей пришли ребятишки в лохмотьях и заявили, что им нечего есть. Беспризорники были в Иркутске отнюдь не в диковинку, но удивлял сам факт обращения их в полицию — обычно маленькие нищие вместе со взрослыми промышляли попрошайничеством и воровством. Вот и в этот день, когда пристав делился с нежданными гостями обедом, задержали шайку малолетних преступников.

g4 1

В конце ноября того же, 1904, года во 2-ю полицейскую часть был доставлен девятилетний мальчишка, объездивший почти всю Сибирь и везде находивший крышу и пропитание. Мать, не знавшая, что с ним делать, обратилась к приставу «за вразумлением». На вопрос, почему он убегает из дома, маленький «путешественник» с полною серьёзностью отвечал: «Сильно тянет, не могу усидеть!» Кончилось тем, что бегуна передали в иркутскую земледельческую колонию — так официально называлось исправительное учреждение для малолетних преступников.

Мысль об устройстве такой колонии подал министр юстиции Николай Валерианович Муравьёв, будучи в Иркутске в 1897-м. А бывший в ту пору городским головой Владимир Платонович Сукачев не только поддержал её, но и пожертвовал собственный земельный участок со строениями, а также 10 тысяч рублей на обустройство. Городская дума прибавила к этому 12 десятин земли для обучения сельхозработам — и 28 февраля 1899 года иркутская земледельческая колония приняла своих первых питомцев.

Характерно, что государство при этом не приняло на себя никаких финансовых обязательств — не было в ту пору не только детских программ, но даже и детской статистики (в данных переписи населения Иркутска на 1 января 1904 года графа «Дети» отсутствовала). И с отъездом из Иркутска Владимира Платоновича Сукачёва земледельческая колония оказалась в непростом положении. Члены попечительского совета добывали средства «из воздуха» — устройством Благотворительных спектаклей, гуляний, лотерей. То есть действовали ровно так, как и другие благотворительные организации, содержащие в Иркутске приюты, богадельни, школу арестантских детей, воспитательный дом.

В Базановский воспитательный дом поступало не менее пятидесяти младенцев в год, и большинство из них вскоре умирало — педиатрия была ещё очень слаба, да и «мамочки» мало заботились о будущих детях во время беременности. В «Открытым письме» к горожанам председатель Иркутского Сиротского суда Концевич выражался без обиняков: «За девять лет службы я воочию убедился, в каком безотрадном положении у нас находится масса детей. Не говоря уже о круглых сиротах, бесприютных, брошенных на произвол судьбы, живущих милостыней, я знаю много случаев, когда, имея родителей, дети растут в таких условиях, что из них неминуемо выйдут обитатели ночлежных домов, домов терпимости и тюрем. При всём желании мне удавалось помочь лишь единицам».

10 мая 1901 года на площадке у Преображенской церкви в Иркутске собралось несколько сотен дошкольников и младших школьников — все ждали открытия Детских игр. Любопытство разбирало и взрослых, ведь ничего подобного прежде в городе не бывало. Возможно, поэтому многие и не верили, что из затеи что-то получится. Однако на площадке (тут же прозванной Детской) проиграли всё лето, а в сентябре состоялось карнавальное шествие «Времена года». Город был приятно удивлён, и «Иркутские губернские ведомости» завели специальную рубрику для детских новостей.

Рассказывать было о чём: Детская площадка начала образовательные экскурсии, открыла рукодельный кружок, Летний театр, в репертуаре которого значились «Мазепа», «Станционный смотритель», «Каширская старина». Спектакли шли утром и вечером, а днём работала бесплатная детская библиотека-читальня.

К сожалению, многие ребятишки могли только «картинки поглядеть», хоть и имели от роду десять-тринадцать лет. «Вот бы кто поучил нас читать, — говорили они, — а то в школе нам нет места, а родителям некогда, да и малограмотные они». Коротко говоря, очень скоро заработал на Детской площадке и ликбез. А на 1 октября 1904-го назначен был первый в истории города детский утренник.

Госпожа Бекель, а за ней и графиня Кутайсова открыли в 1904 году бесплатные детские столовые, но всё же: чем холоднее становилось на улицах, тем заметнее были голодные личики. В эту зиму объявился и новый род нищенства: пьющие родители под угрозой побоев оставляли малолетних детей на каком-нибудь бойком месте рассказывать сердобольным  прохожим старую историю о рубле, потерянном по дороге в аптеку.

Подростки их нищенствующих семей сбивались в стаи и ходили по дворам, представляясь «ремонтёрами», собирая утварь для починки и высматривая, где что плохо лежит. Корреспонденты газет отмечали, что лица у «ремонтёров» несут печать обитателей «дна». Порою причудливой игрой генов прорезались недюжинные способности, в том числе и к наукам, и с постороннею помощью такие дети определялись по школам; но отпечаток образа жизни предшествующих поколений ещё долго оставался на лицах, придавая им некое старческое выражение. Осенью 1904 года из деревни Боярской в волостной центр Орлинга был отправлен на средства «обчества» один очень способный мальчик. По подписке собрали ему и на красненькую рубашку, но яркая обновка лишь подчеркнула угрюмость словно бы испитого лица.

doska pocheta

prav banner

Контакты

664011, г. Иркутск
ул. Горького, 31, каб. 105, каб. 120

Рабочие часы:
понедельник-пятница: 09:00 - 13:00, 14:00 - 18:00

приемная: +7 (3952) 34-19-17, 24-21-45
запись на прием: +7 (3952) 34-19-17

Детские телефоны доверия
+7 (3952) 24-18-45
8-800-2000-122
8-800-3504-050

электронная почта: rebenok.irk@mail.ru

 

© 2012 Уполномоченный по правам ребенка в Иркутской области
Все права защищены.