Детский омбудсмен Приангарья уверена: главные защитники ребёнка – родители

В минувшее воскресенье в ангарскую больницу с черепно-мозговой травмой доставили шестимесячную девочку, ставшую жертвой собственного отца – в состоянии алкогольного опьянения он со всей силы ударил кроху об стену. К сожалению, этот вопиющий случай – не единичный в нашем регионе. Так, в прошлом году в отношении несовершеннолетних было совершено свыше 260 преступлений насильственного характера, и речь только о выявленных! А ведь дети – цветы жизни, нежные и хрупкие, которые взрослые «садоводы» обязаны всячески оберегать от ненастий внешнего мира...

Сегодня же ребёнок зачастую живёт в своём обособленном мире, где есть Интернет, много игрушек и карманных денег, но нет главного – родительской заботы. О том, как помочь подростку, оставшемуся один на один с личными проблемами, профессионально вмешаться в дела семейные и при этом не обделить вниманием собственных троих детей, в интервью «АиФ в ВС» рассказала Уполномоченный по правам ребёнка в Иркутской области Светлана СЕМЁНОВА.

Насилие реальное и виртуальное

Из содержания федеральных выпусков новостей можно сделать вывод: Приангарье – аномальная зона, где только и делают, что издеваются над малышами (особенно «прославился» город Усолье-Сибирское, - авт.), поэтому самый частый столичный гость здесь – Павел Астахов. Действительно, мы лидируем по ряду позиций, в частности, по случаям педофилии, количеству детей-сирот, однако на фоне других регионов иркутская ситуация не выглядит такой уж критической.

- Дело в том, что сегодня любое преступление против ребёнка расценивается специализированными органами и учреждениями с иных позиций, нежели несколько лет назад. Повысился уровень их выявления, как правило, проводится очень тщательное расследование по каждому факту, да и от средств массовой информации подобные вещи не скрывают. Отсюда – огромный общественный резонанс, - считает Светлана Николаевна. – Что касается Усолья, то отпечаток, безусловно, накладывает тяжёлая социально-экономическая обстановка. Плюс, и это характерно уже для всего региона, страдает информационная безопасность детей.

- Вы имеете в виду свободные «хождения» школьников по Сети?

- В том числе. Борьба с противоправными контентами в виртуальном пространстве – это дело сугубо правоохранительных органов. Более того, с 1 сентября вступает в силу федеральный закон об информбезопасности, а регионам предстоит принять соответствующие профилактические программы. Но и родители не должны позволять своим детям целыми днями сидеть в Интернете. Я не говорю о том, чтобы полностью перекрыть доступ, ведь это и мощный образовательный ресурс, и источник полезной информации, и средство общения. В наш век информационных технологий подобные запреты – ну, просто несерьёзно. Важно младших школьников оградить от попадания на негативные сайты – для этого разработано немало специальных программных продуктов. Ведь даже на, казалось бы, безобидный запрос «Игры для девочек» поисковая система выдаёт массу порнографических ссылок. А с ребятами среднего и старшего школьного возраста нужно проводить разъяснительную работу, объяснять, что, к примеру, под видом миловидного молодого человека, который подмигивает на страничке знакомств, может скрываться 50-летний усатый дядька, который вряд ли хочет просто поболтать.

- Ещё одна опасность – это унижения в социальных сетях. Нет ничего проще написать какую-нибудь гадость на стене «ВКонтакте» ненавистного одноклассника, затравить его там всем классом, выставить на посмешище.

- Действительно, от жестокости своих сверстников никто не застрахован. Поэтому надо учить ребят правильно реагировать на такие выходки и защищать себя от психологического насилия. Если ребёнок остаётся наедине со своей бедой, то и суицидом дело может закончиться. Тем более, в том же Интернете можно без труда найти всевозможные способы самоубийств в домашних условиях, сопровождающиеся советами «бывалых». Если подвергся виртуальной атаке, всегда лучше рассказать кому-нибудь об этом, а не замыкаться в себе. К сожалению, сегодня отношения отцов и детей не настолько доверительные, чтобы вторые могли откровенничать с первыми. Я бы даже сказала, что родители и дети находятся каждые в своём мире и не очень тесно контактируют друг с другом в процессе общежития. И не потому, что мамы-папы такие плохие – в потоке работы и ежедневных трудностей мы порой не успеваем заглянуть в глаза своим детям, это веяние времени. В таком случае незаметно подложите на рабочий стол ребёнка телефон доверия. Ему проще позвонить и получить совет от незнакомого человека. Главное, чтобы он оказался профессионалом.

Не учите меня жить!

Впрочем, куда страшнее, когда агрессия из Всемирной паутины выплёскивается на улицы и в школы, перерастая в драки, заснятые на камеру и выложенные на «Ютуб».

- Надо обучать как взрослых, так и детей навыкам и приёмам бесконфликтного общения, для этого в общеобразовательных учреждениях создаются службы примирения, - рассказывает Светлана Семёнова. – У нас же как бывает: объявили девочке бойкот в классе, учитель не вмешивается, дескать, не маленькие, сами разберутся, а родители вообще не в курсе. В этой связи и решено было ввести должность школьного омбудсмена, который, как предполагается, сможет разглядеть проблему на начальной стадии, уловить самые первые тревожные сигналы и помочь разобраться в конфликте. Убеждена, что одними законодательными методами ситуацию не выправить, нужна кропотливая работа целой армии специалистов в сфере детства.

- Вообще, на Ваш взгляд, до какой степени сотрудники, призванные отстаивать детские интересы, могут вмешиваться в частную жизнь той или иной семьи, в которой возникают «воспитательные» проблемы?

- Много говорят о том, что нужно ограничить доступ специалистов в семьи, поскольку органы опеки якобы бы только и делают, что ищут поводы лишить супругов родительских прав. Между тем в Иркутской области детей не отбирают по материальным мотивам, будь то пустой холодильник или плохие жилищные условия – только когда существует реальная угроза жизни ребёнка. Наверное, проще работать с неблагополучной семьёй, где проблема налицо: дети ходят голодные и холодные, родители пьют. А когда двое адекватных людей с высшим образованием искренне не понимают, что их чаду плохо, - вот это страшно. Более того, именно они ведут себя крайне агрессивно на заседаниях комиссии по делам несовершеннолетних и не поддаются никакому воспитательному воздействию, ведь они-то знают, что и как надо делать. При этом наша задача – не наказать, не отругать публично, а спокойно поговорить и обратить внимание родителей на стрессовое состояние их дитя. Если же на контакт не идут, то приходится выжидать момент, пока не случится что-нибудь серьёзное, когда у нас уже появится законное право вмешаться. В любом случае, не стоит представлять себе это как появление гвардии властных женщин в мундирах, которые встанут в дверях и начнут вас поучать. Это может быть очень корректный, с соблюдением конфиденциальности, совет психолога, кратковременная материальная помощь или просто путёвка в летний лагерь для ребёнка – на время, пока поссорившиеся родители выяснят отношения. Вместе с тем необходимы и законодательные изменения. В частности, пора уходить от старой терминологии: «безнадзорные», «беспризорные», «находящиеся в трудной жизненной ситуации». Это слишком общие понятия, а нужен единый статус – «ребёнок, нуждающийся в государственной защите». И ещё стратегия, позволяющая проводить оценку безопасности пребывания детей в той или иной семье.  

- Наверняка, существует много других правовых пробелов, которые затрудняют работу детских омбудсменов?

- Безусловно. Для их выявления и устранения у нас создан экспертный совет. В качестве примера могу назвать неработающий областной закон о бесплатном предоставлении многодетным семьям земельных участков. Проблема в том, что человеку нужно самостоятельно изыскивать такие наделы, а должно государство об этом заботиться. Кроме того, у нас никак не регулируется тема альтернативных форм обучения ребят, абсолютно не защищены права детей с прочерками в свидетельствах о рождении (когда матери не предоставили в роддоме документы, удостоверяющие их личность, и бросили новорожденных) и так далее. Если говорить о замещающих семьях, которых в Иркутской области начитывается порядка 15 тысяч, то в этой сфере, на мой взгляд, серьёзное внимание должно уделяться профессиональной подготовке потенциальных родителей, которые будут получать вознаграждение за свой труд. Кстати, с 1 сентября такой «ликбез» станет обязательным, а во всех муниципальных образованиях начнут открываться специальные школы, нацеленные как на обучение претендентов, так и на постоянное сопровождение замещающих семей. Правда, исключение сделано для родственников приёмных детишек. Я убеждена, что это неправильно, ведь ситуации разные бывают. Кто-то боится общественного мнения и вынужден взять ребёнка, сам того не желая. Вопрос и в том, смогут ли бабушки-дедушки, которые воспитали неблагополучных родителей, «выпустить» в большую жизнь хороших внуков. Увы, в нашем регионе довольно много возвратов – около 500 ежегодно. Некоторые признаются, что обманулись в своих ожиданиях: надеялись получить идеальную игрушку, без характера, маленького раба, который бы выполнял беспрекословно все их требования, а оказалось, что ребёнок не слушается. В общем, не сошлись характерами – вернули обратно.

- Светлана Николаевна, не могу не спросить: на родных детей остаётся время?

- Я стараюсь выполнять свою работу честно и добросовестно, но при этом очень дорожу своей семьёй. Наверное, я не идеальная мать, ведь не всегда могу уделять столько времени детям, сколько хочется, но, благо, помогает бабушка, и муж во всём поддерживает. По крайней мере, отдыхаем мы всегда по-семейному и выходные стараемся проводить вместе. Надеюсь, мои дети вырастут хорошими людьми, и я смогу ими гордиться.

- По-вашему, какое воспитание можно назвать правильным, идеальным?

- Трудно сказать. Каждый его понимает по-своему: дать хорошее образование, водить на кружки, читать сказки на ночь, смотреть мультики вместе или просто прижать ребёнка к груди и поговорить по душам. Судишь по результатам – что удалось вложить в детей. Они ведь живут нашей жизнью и как губки впитывают семейную атмосферу, копируют взаимоотношения между поколениями и проецируют их уже на свои семьи.

Статистика:

654 обращения поступило в адрес Уполномоченного по правам ребёнка в Иркутской области в 2011 году. В том числе:

    • нарушения жилищных прав несовершеннолетних – 133 (20,3%)
    • нарушение прав детей в образовательных и лечебных учреждениях, учреждениях соцзащиты – 116 (17,7%)
    • нарушение прав ребёнка на проживание с родителями, воспитание и заботу с их стороны, а также права на общение с родителями и другими родственниками – 63 (9,6%)
    • нарушение прав детей-инвалидов – 44 (6,8%)
    • нарушение прав детей в сфере охраны здоровья – 42 (6,2%)
    • Об уклонении родителей от выполнения своих обязанностей по содержанию несовершеннолетних детей – 40 (6,2%)

site 2017 2

doska pocheta

prav banner

bezopasn 2018

Контакты

664011, г. Иркутск
ул. Горького, 31, каб. 105, каб. 120

Рабочие часы:
понедельник-пятница: 09:00 - 13:00, 14:00 - 18:00

приемная: +7 (3952) 34-19-17, 24-21-45
запись на прием: +7 (3952) 34-19-17

Детские телефоны доверия
+7 (3952) 24-18-45
8-800-2000-122
8-800-3504-050

электронная почта: rebenok.irk@mail.ru

 

© 2012 Уполномоченный по правам ребенка в Иркутской области
Все права защищены.